115583, г. Москва, ул. Елецкая, д. 8 к. 2
Наши социальные сети:

Журнал PROДолги, февраль 2012, Х-Фактор (интервью исполнительного директора АФК).

21.03.2012

PRODОЛГИ: Дмитрий Владимирович, отечественный рынок факторинга состоит из целого набора связок-противовесов, которые делают его интересным для исследования. В первую очередь интересно, насколько родственны коллекторы и факторы. В одном аналитическом материале прозвучала примечательная сентенция — за рубежом факторинговые компании полноценно работают на рынке коллекторских услуг. Какова ситуация на отечественном рынке, можно ли говорить о взаимодействии хотя бы в сегменте корпоративного коллекторства?

Шевченко: В настоящее время в России нет предпосылок для взаимопроникновения коллекторских и факторинговых услуг в корпоративном сегменте. Вотчина факторинга — действительная дебиторская задолженность: текущая и будущая, у коллекторов — просроченная задолженность.

Безусловно, у факторинговых компаний есть необходимый инструментарий для работы с просрочкой по своим клиентам и дебиторам. Тот же софт-коллекшн входит в бизнес-процесс управления дебиторской задолженностью. По крайней мере, он должен туда входить, если говорить о качестве внутренних технологий факторинга. Кроме того, за последние несколько лет существенно увеличилось число взысканий просроченной задолженности по договорам факторинга через арбитражную систему. Эта практика сформировалась благодаря юристам как банков, занимающихся факторингом, так и специализированных компаний.

Однако значительная роль в успехах факторов в работе с просрочкой отводится принципу «know your client». То есть речь идет о качественном риск-менеджменте, и в частности андеррайтинге и мониторинге. Коллекторство можно сравнить с хирургией, иногда даже с экстремальной медициной. В нашем же бизнесе, напротив, ключевые моменты: профилактика просрочки, тренировка и укрепление «мышц» платежной дисциплины, улучшение циркуляции товарнофинансовых потоков. Иными словами, возникновение проблемной задолженности в факторинге — это, как правило, случаи форсмажорных обстоятельств у клиентов или дебиторов.

PRODОЛГИ: Следует ли российский рынок факторинга в русле западных тенденций, где факторинговые компании предпочитают значительную часть операций, в том числе по взысканию задолженности, передавать на аутсорсинг? Если следует, то можно ли говорить о конкретном сотрудничестве между факторами и коллекторами или хотя бы о том, что оно намечается в перспективе?

Шевченко: Для аутсорсинга нужна благоприятная среда. За рубежом он востребован, когда в бизнес-среде главенствуют доверие и качество сервиса. При этом доверие обосновано, а качество гарантировано. Да, в России можно привести примеры аутсорсинга коллекторской функции. Но речь идет, во-первых, о сегменте малого и микро-бизнеса, а во-вторых, когда фактор и коллекторское агентство являются участниками одной финансовой группы.

Существуют и институциональные причины неразвитости аутсорсинга — свыше двух третей оборота факторингового бизнеса в России приходится на кредитные организации. В то время как за рубежом гибкость, качество и скорость факторинга обеспечивают именно специализированные компании. Все те функции, которые факторинговые компании, например, в США или Великобритании отдают на внешний аутсорсинг, в России уходят на внутренний — в подразделения своих кредитных организаций. У нас некоторые банки с миллиардными оборотами имеют подразделения факторинга со штатом менее десятка сотрудников. Остальные бизнес-процессы встроены в общебанковскую систему. При этом в отличие от внешнего аутсорсинга в данном случае сохраняется возможность контроля качества услуг.

PRODОЛГИ: Если говорить о главной внутренней связке-противовесе на рынке, то это, без сомнения, поставщик-дебитор. В обывательском смысле клиент-поставщик у нас «белый и пушистый», а все проблемы кроются в дебиторском сегменте. Но судя по всему, это далеко не так: известно, что порой выявляются мошеннические схемы и со стороны поставщиков. Расскажите о современных тенденциях в рискменеджменте отрасли, как он изменился после кризиса 2008 года?

Шевченко: Кризис 2008 года заставил факторов ужесточить требования к финансовому состоянию как поставщика, так и дебитора. Поставщик проверяется на способность ответить по регрессу, дебитор — на предмет платежеспособности. Здесь большое внимание уделяется статистике платежей, верификации поставок, выстраиванию доверительных отношений с дебитором вплоть до совместного предотвращения мошеннических действий со стороны поставщиков.

Сегодня существует несколько моделей оценки рисков, которые применяют факторы. Большинство из них следует рекомендациям банковского регулирования, оценивая риски и клиента, и дебитора: раздельно или в связке. Применяется модель, при которой ключевую роль играет оценка качества дебитора и уступаемой задолженности как актива, а финансовому состоянию клиента уделяется меньше внимания. Причем за последние два года наметился рост безрегрессного факторинга. Это потребует развития страхования рисков факторов, использования рейтинговых оценок качества дебиторской задолженности.

В целом же после кризиса произошло определенное переосмысление подходов к риск-менеджменту. Факторы отошли от практики финансирования «всего, что движется». Сегодня идет планомерная работа в рамках устоявшихся процедур, которые постепенно смягчаются. Но не настолько, чтобы ставить под удар качество портфелей факторов.

PRODОЛГИ: Следующая пара противовесов на рынке скорее относится к внешнему аспекту. Известно, что зачастую клиенты не понимают различия между традиционным кредитованием и собственно факторинговой услугой. Насколько удалось продвинуться в деле повышения факторинговой грамотности в предпринимательской среде? Сформировался ли узнаваемый набор именно факторинговых продуктов?

Шевченко: Большинство факторов в последнее время отмечают заметный прогресс: клиенты стали разделять кредитные продукты и факторинговые услуги. Если до 2008 года привлечение клиентов на факторинг шло под девизом «Хочешь денег? Получи!», то сейчас популярный лозунг со стороны клиентов — «Хочу безрегресс!». То есть произошла эволюция позиции клиента: из просителя денег он превратился в продавца своей «дебиторки».

Другой вопрос, что сами клиенты зачастую не могут четко определить свои потребности, а потому факторам приходится выступать еще и в роли финансовых консультантов. Например, в прошлом году члены нашей ассоциации встречались с одной из крупных торговых компаний, которая одновременно выступала и покупателем, и продавцом. В ходе встречи выяснилось — финансовая модель этой компании построена таким образом, что необходимости в собственно факторинге у нее нет. А спорадические кассовые разрывы ей проще и выгодней «лечить» овердрафтами. Подобных примеров достаточно много. Кроме того, факторы-банки все активнее используют кросс-продажи, которые позволяют клиентам осознанно выбирать финансовые инструменты под конкретные задачи своего бизнеса.

PRODОЛГИ: Еще одна интрига на рынке — это некое противостояние между банками, оказывающими факторинговые услуги, и самостоятельными компаниями. Можно ли окончательно говорить, что банки на этом рынке победили или специализированные факторинговые компании все же имеют определенные преимущества?

Шевченко: Тема противостояния, безусловно, надуманная. Сегодня эта проблема возникает в факторинге только там, где присутствует демпинг. Поэтому вопрос о том, кто кого победил, думаю, изначально некорректен. Всем вместе нужно побеждать демпинг, который с одинаковым «успехом» используют как банки, так и компании.

Если говорить о преимуществах, то они имеются и у компаний, и у банков. Наличие дешевой пассивной базы — штука приятная, но не она определяет конкурентоспособность на рынке. Неслучайно за последние два года было создано около десяти факторинговых компаний. Большинство из них, конечно, тем или иным образом аффилированы с банками, но реализуют бизнес-модель независимой компании. Компании же полностью независимые, в том числе по источнику фондирования, в России вряд ли появятся в ближайшие годы. Главная причина — неразвитость рынков капитала и недостаточный охват у государственных программ рефинансирования. Проекты МСП-банка (бывший банк РосБР) по рефинансированию факторинговых компаний в 2012 году, к сожалению, сворачиваются.

PRODОЛГИ: Но, пожалуй, самое интересное противостояние на современном этапе разворачивается между регрессным и безрегрессным факторингом. Если сразу после кризиса 2008 года безрегрессный факторинг явно выглядел аутсайдером, то теперь ситуация выглядит поиному — его доля в 23–24% выглядит уже солидно. О какой прогнозной структуре рынка можно говорить в 2012 году?

Шевченко: Рост безрегрессного факторинга ожидался давно, а в 2010 году он начался как ответ на ужесточение ценовой конкуренции. Если помните, тогда на смену дефициту ликвидности пришел ее переизбыток, а вариантов размещения оказалось не так много, как до кризиса. Факторинг стал одним из таких привлекательных вариантов, что слегка пошатнуло соотношение «цена — качество» сервиса.

Но баланс был найден именно в диверсификации продуктового ряда. При условии ограниченной клиентской базы — четыре-пять тысяч компаний — и демпингового давления удержать своих клиентов факторы могли только расширением предложения продуктов — более сложных, качественных, требующих повышенных трудозатрат. Так появился закупочный, или реверсивный факторинг, стала быстро расти доля безрегрессного факторинга.

Но далеко идущие выводы из роста этого вида факторинга пока делать рано. Дело в том, что восходящий тренд был задан лишь несколькими факторами, заключившими договоры с крупными клиентами. До уровня зарубежных стран, где на долю факторинга без регресса, или full factoring, приходится свыше 80–90% рынка, нам еще далеко при действующей законодательной базе.

PRODОЛГИ: Невозможно пройти мимо еще одной пары: торговля и все остальные отрасли. В отраслевой структуре рынка по-прежнему главенствует ее величество торговля либо можно говорить об определенной динамике изменения пропорций? Насколько они интересны?

Шевченко: Факторинг — это сервисная услуга в первую очередь для торговых операций. Поэтому высокая доля компаний, специализирующихся на торговле, в клиентской базе факторов закономерна. Вместе с тем предложение факторинговых услуг производственным предприятиям — один из современных трендов, проявившихся во втором полугодии 2011 года. Он в перспективе будет усиливаться, поскольку факторы могут не только помочь производственным предприятиям ускорить инкассацию выручки за готовую продукцию, но и предложить лучшие условия оплаты поставок сырья его поставщикам. Например, российские металлурги уже оценили это преимущество факторинга при работе внутри России. На очереди — международные поставки.

Кроме того, на другом полюсе — малые и средние производственные предприятия, у которых зачастую не хватает временных и кадровых ресурсов для развития своих торговых операций. Им выгодно передать факторам на аутсорсинг целый ряд функций. Это инкассация выручки, взаимодействие с дебиторами, диалог с поставщиками по увеличению товарных кредитов и финансированию их кассовых разрывов. Сотрудничество с факторами позволяет таким клиентам сосредоточиться на главном — на качестве продукции и расширении производства.

PRODОЛГИ: Дмитрий Владимирович, расскажите о динамике рынка в целом. Судя по всему, результаты отрасли весьма впечатляющие — увеличение объема операций в 2011 году свыше 65% по отношению к прошлому году. Чего ждать в 2012 году — рост будет более спокойным?

Шевченко: Факторинг в России продолжает оставаться наиболее динамичным сегментом финансового рынка, и 2012 год не станет исключением. В прошлом году, по предварительным данным, объем уступленных денежных требований удвоился. В этом году мы ожидаем сохранения такого темпа благодаря увеличению числа новых компаний и банков, расширению бизнеса факторов, вышедших на рынок за последние два года. Кроме того, в 2012 году ожидается расширение клиентской базы до 6–8 тысяч компаний, в том числе за счет крупных предприятий, а также региональных клиентов. Это будет означать превышение магической цифры в один триллион оборота российского факторинга в 2012 году.

Однако выдающиеся количественные показатели не должны успокаивать ни факторов, ни клиентов. На рынке существует целый ряд проблемных аспектов. Бизнес-практике факторинга в России до сих пор требуется адекватная нормативно-правовая база, а самому факторингу нужна кодификация. Важно официально закрепить в нормативах регуляторов финансового и банковского сектора различие между факторингом и кредитными продуктами. Без этого говорить о серьезных перспективах рынка факторинга в России можно лишь с высокой долей условности. Нынешний год способен стать этапным с точки зрения решения перечисленных проблем в диалоге между факторами и органами законодательной и исполнительной власти нашей страны.

PRODОЛГИ: Расскажите о падении объемов рынка в первом квартале 2011 года. Что это за локальный провал, чем он объясним?

Шевченко: Провал первых кварталов связан как с сезонным фактором, так и с особенностью статистики. Первый квартал любого года в факторинге — это период сбора дебиторской задолженности, переданной в четвертом квартале предыдущего года. Аналогичная ситуация происходит в торговле — в первые месяцы года реализуются товарные запасы, сформированные в конце предыдущего года. Число поставок, исключая продукты питания, снижается. Благодаря росту выручки в четвертом квартале в начале года снижается и потребность в факторинговом финансировании. Статистически же оборот факторинга, как и оборот торговли, в денежном выражении приводится нарастающим итогом. В результате соотношение оборота первого и второго полугодий календарного года составляет 1 к 2.

PRODОЛГИ: Насколько на отрасль повлияли современные кризисные явления на международных финансовых рынках? Смогут ли они оказать негативное воздействие? Извлечены ли уроки из кризиса 2008 года, который серьезно перестроил всю вашу отрасль?

Шевченко: Факторинг в России с 2008 года не рассчитывает на международные финансовые рынки, ставка в фондировании сделана на внутреннюю ликвидность. И ее хватает даже в условиях нестабильности в Европейском союзе, падения фондовых индексов и прочих катаклизмов. Пока цены на энергоносители находятся выше уровня, заложенного в бюджет Российской Федерации, причин для беспокойства нет. Если с макроэкономического уровня спуститься на отраслевой, то здесь также нет оснований для пессимизма. Факторинг вслед за торговлей ориентируется на покупательную способность, внутренний спрос, где вопреки ожиданиям аналитиков каких-либо негативных сдвигов не отмечается.

Если касаться уроков 2008 года, то они извлечены и, я уверен, пошли впрок. Несмотря на сохранение у некоторых факторов стратегий, нацеленных на интенсивный рост, внимательное отношение к рискам сохраняется по всей отрасли.

 

Источник: АФК


Поделиться в социальных сетях:

Статьи по теме

Семинар «Риск-менеджмент факторинговых операций и операционная деятельность фактора (Sales ledger)»
01.02.2009

Питер БринслиДата: 26-27 марта 2009 года

Компания «ФАКТОРинг ПРО» впервые в России организует уникальное мероприятие. В Москве состоится семинар зарубежного эксперта и бизнес-тренера Питера Бринсли, посвященный факторинговому...

Рейтинговое агентство "Эксперт РА" приступает к подготовке исследования рынка кредитования малого и среднего бизнеса в 1 полугодии 2011 года.
18.08.2011

В рамках проекта планируется анкетирование участников рынка, а также проведение углубленных интервью с представителями банков и экспертного сообщества. Выводы, сделанные на основе исследования, будут ...

НФК - первый участник программы ЭСКАР по страхованию экспортного факторинга для субъектов МСП.
20.12.2013

В ходе состоявшейся пресс-конференции Ассоциация факторинговых компаний (АФК) сообщила о запуске специализированной программы поддержки малых и средних предприятий-экспортеров: факторинговое финансирование...